Из огня да в полымя или быть было ненастью, да дождь помешал

Уважаемые коллеги! Заранее извиняюсь за столь пространные пояснения по ситуации. Мне очень нужно и важно ваше мнение! Особенно, как если бы вам пришлось исправлять за нерадивым юристом.

История, которую я хочу вынести на ваш суд, точнее – часть ее, — началась давно. Конечно же, это – целая жизнь, как и почти любое дело в производстве каждого из вас. Мое участие в ней – родственное и эмоциональное.

Если начну повествование с самого начала, получится очень долго (и так-то долго). Потеряете интерес, который пока еще и не возник. Кратко и ёмко описать пробовала не единожды – не выходит, а с учетом, что все затянулось на годы, кратко уже и не получится (слишком много всего)… Конечно же, ВСЁ описанное к конкретному делу о превращении административного иска в гражданский не относится, но создает «картину мира». Может быть, по ходу пьесы, буду структурировать информацию?

Формат для меня новый. Пользоваться ресурсом пока не научилась.

Иск, совета и критики по которому хочу у вас просить (дело №2-330/2023), был подан к Госкомрегистру (Росреестру) и к БТИ как административный (ст. 218 КАС РФ, ст. 144 ГПК РФ), с целью, чтобы в нем отказали и подробно мотивировали – почему. Суть требований была в признании незаконным ответа БТИ Госкомрегистру об отсутствии ареста на домовладении, заверенном подписью неизвестного лица под фамилией начальника филиала, при наличии в инвентарном деле определения суда об аресте и в отсутствие определения суда о снятии обеспечительных мер. А также — в признании незаконным бездействия Госкомрегистра по проверке сведений из БТИ при наличии в реестровом деле определения суда об аресте и признании незаконными регистрационных действий в отсутствие определения суда о снятии обеспечительных мер. Госкомрегистр — госорган, БТИ — юрлицо.

Иск, поданный административным, был принят как гражданский (переход на ГПК и нужно требования, помимо прочего, приводить к ст. 12 ГК РФ).

Попутно ожидалось возражение кого-либо из ответчиков с определенным текстом.

Дело в том, что на сегодняшний момент «всем миром» (от представителя наших «соседей и Ко» до администрации города) доказывается, что мои родственники живут и зарегистрированы в несуществующем доме по несуществующему адресу: домовая книга на адрес Нахимова 9А и регистрация — по Нахимова 9А, лицевые счета — на Нахимова 9А, в копии завещания адрес наследодателя: Нахимова, 9А. В БТИ, ЕГРН — Нахимова, 9 и общая долевая собственность. При наличии глухой стены, разделяющей дом на основании решения суда от 1978 года о разделе.

И возражение с  ожидаемым текстом, что домовладение с адресом Нахимова 9А не инвентаризировалось, поступило от БТИ. Важный представитель Госкомрегистра сообщил, что он никогда письменных позиций не предоставляет)

С момента поступления возражения БТИ возникла необходимость  устанавливать факт, имеющий юридическое значение (ст. 264 ГПК РФ) или каким-то иным образом выйти к исправлению ошибки БТИ (точнее — ошибок «с нотками» преднамеренности), повлекшей ошибки во всех документах и реестровые ошибки, в том числе.  Подобные основания изначально не были заявлены. В первоначальном иске я одним предложением коснулась проблемы (чтобы выкрутиться, что основание иска не меняется). И теперь, когда наступил момент уточняться или изменять, я понимаю, что сомневаюсь в правильности и почти попала в свою же ловушку, поскольку, если я не так сформулирую просительную часть, то все остальные мои усилия (и так почти безнадежные) вообще сойдут на «нет».

В 1978 году БТИ, при наличии судебного акта о разделе домовладения в соответствии и на основании заключения эксперта-техника от 14 марта 1978 года (которое благополучным образом из инвентарного дела исчезло, а материалы дела судебного уничтожены за давностью), не отразило раздел-реконструкцию-переоборудование, продолжило инвентаризацию домовладения в виде долей дома (при этом кое-где на листах инвентарного дела указаны две квартиры), которые через какое-то время на бумаге стали опять идеальными долями, а по факту — глухая стена разделяет дом, в доме — два разных входа, разные собственники (это отдельная история), разные, соответствующие «долям домовладения» строения, и судебное решение 1978 года о разделе.

Об объединении дома/домовладения ни в инвентарном деле, ни в реестровом, при фактическом наличии стены и при живущих тут людях, пока ничего нет, но не удивлюсь, если появится, так как водят в последнее время по двору каких-то людей с планшетами-бумагами-документами.

У моих родственников (тетки и сестры) документов нет никаких (есть фактическое владение: непрерывное, абсолютно открытое проживание с  1983 года, регистрация с 1988 года да вложение личных и общесупружеских средств в строительство, реконструкцию, перепланировку, благоустройство и тп. И есть три судебных акта не в нашу пользу: от 2005 года; от 2007 года; от 2021 года. А также —  четыре дела в суде сейчас, производство по двум из которых приостановлено).

25.04.23. я заявила об уточнении (не изменении), судья сказал: «А давайте Вы его нам передадите через канцелярию, когда у Вас будут доказательства направления уточнений лицам почтой? Только не затягивайте, чтобы к заседанию все успели ознакомиться». Это потому, что я пришла в заседание с копиями, как это делают тут все мои оппоненты, а я каждый раз удивляюсь, что у них это прокатывает. Но, как я люблю повторять, что позволено Юпитеру, не позволено Быку. Правда, как мне показалось, по доброму мне так было сказано, и на этот раз отсрочка сработала к моей пользе, чтобы я еще немножко подумала или попробовала воспользоваться критикой и советами коллег (на что решиться мне было крайне сложно).

Подумав, не уточнение я уже собралась подать, а изменение предмета иска, наверное (у доверителя денег нет на рассылку писем по нескольку раз). Или все же сначала нужно подать уточнение, потом, в следующем заседании, – изменение?.. Или так и назвать — уточнение, но на основании 39 ГПК РФ, как изменение и увеличение, чтобы не маяться смыслом терминов и глаголов и тем, поскольку это и не изменение предмета в чистом виде тоже, а добавление пункта, которое и увеличением требований тоже не назовешь? Но чем больше пытаюсь придти к согласию с собой, тем больше сомневаюсь.

Я планировала сначала уточнение, а потом добавить пунктом об установлении факта, имеющего юридическое значение, чтоб не сказали, что и основание, и предмет меняю.

Есть ли варианты, по вашему мнению, уважаемые коллеги, как выйти из ситуации, чтобы на сегодняшний день не получить преюдицию в виде отсутствия адреса и домовладения, в котором не один десяток лет живут мои родственники (тетя-пенсионерка, 73 года)?

Иск, как и ожидалось, показался всем смешным. Даже определение о принятии и возбуждении не сочли нужным прислать… Председательствующий по делу – председатель суда. Новый. Ранее несколько лет был ВРИП, — «мой любимый» (примерно такой же, как описано у Андрея Викторовича Хрусталева в одной из публикаций: https://pravorub.ru/groups/110441382527825/100462.html), — эдакий хитрый молодой лис, на которого я подавала заявления в СК, ФСБ и ККС, которого председателем, почему-то, так и не назначили, и которому ни за что ни разу ничего не было и вряд ли когда-либо будет, ранее – сотрудник ОМВД РФ по городу Судаку. Новый председатель суда уже очень «посвященный», в том числе и в наши многолетние «трепетные» взаимоотношения с ВРИПом.

Судак – маленький город. «У них» одна команда. Я «им» – не просто чужак.

По сути, если «коллективный разум города» что-то решил, он так и поступит, так и сделает, так и примет (постановят и запишут).

Но, может быть, при вашей критике и поддержке, уважаемые коллеги, мне удастся противостоять или хотя бы не рухнуть?

Остальное написанное — для понимания общей картины.

Жили-были Брат и Сестра. У Брата была семья. Сестре это совсем не нравилось. Начиная с того, что мать подарила Брату часть домовладения, а ей, дочери, велено было ждать смерти матери, затем смерти бабушки (так как вторую часть домовладения мать завещала своей матери, а не ей, дочери). Разобиделась, наверное, Сестра. Стала ссорить Брата с его женой, знакомить его со своими подругами, приучать к горячительным напиткам, с коими сама уже прилично «дружила». Апогеем было удочерение в 1999 году новорожденной девочки Братом и его супругой, зарегистрировавших свои взаимоотношения после 15 лет «гражданского брака». Утроила Сестра свои усилия и добилась-таки того, чтобы брак Брата в 2004 году был расторгнут, а все имущество Брата было оформлено им со вводом объектов в эксплуатацию и подарено-переписано на Сестру. Правда, хозяином (пользователем, владельцем, распорядителем, содержателем) так и остался Брат (совместно с супругой и дочерью), и был им до самой смерти в 2019 году, к тому же землю «подарить» вместе с домовладением он Сестре забыл… Предмет дарения (реконструированное в браке с моей тетей домовладение и вновь выстроенные в браке объекты) передан не был (напомню: глухая стена без проемов, а не идеальные доли,  по документам же в ЕГРН сейчас – ½ доли в праве). Бывшая супруга (вкладывавшая личные и совместные деньги в строительство, реконструкцию, переоборудование) с их дочерью не были выселены после дарения, ни на день не покидали «подарок», судились, пока судья в сердцах не воскликнула: «Вы же оба не те иски подаете!», а потом все примирились, Брат и Сестра сообщили, что договор дарения имущества Сестре был фиктивным, что Сестра в любой момент «передарит» всё обратно, стали жить-поживать, ничего больше не наживать, так как Сестра жить им старалась не давать, постоянно вмешиваясь, да и любовь к горячительным напиткам у Сестры и Брата становилась с годами всё крепче и сильнее. Но любовь любовью, а «передаренное назад домовладение», вместо дарения, закончилось завещанием Брата в пользу Сестры, скоропостижной смертью Брата и судебными тяжбами выселяемых теперь Сестрой из домовладения дочери Брата и его супруги в статусе «бывшей», то есть моей тетки и сестры.

Наследодатель человеком был открытым, доверчивым и простым, и что завещание на Сестру составил – точно бы проговорился. Тем более, что Сестра с сожителем «накачивали» его ежедневно, как на убой. Проговорился бы в нетрезвом-то состоянии. Но – нет. В дочери души не чаял, называл не иначе как «наследница моя». Оказалось – не она «наследница». Только кто ж теперь узнает, как оно так вышло?

После смерти Брата – отца и бывшего законного супруга, — мать и дочь явились к нотариусу, чтобы подать заявление о принятии наследства, но у них ничего не приняли, а велели идти в суд, пришлось почтой направлять нотариусу заявление, заверив подпись у другого нотариуса. Письмо валялось на почте больше месяца, его не забирали с другой корреспонденцией, адресованной этому нотариусу, а потом с большими трудностями приобщили к материалам наследственного дела спустя уже год или даже больше, да и то потому, что копии все были у нас (дубликатов бы нам не видать как ушей). От бывшей супруги вообще ничего не было принято.

В конторе 19.07.2019 нотариус показала обеим (и матери, и дочери) завещание на листе А4 на домовладение и земельный участок. На вопрос: а как это? нотариус кричала, что Вы же сами наложили арест на домовладение в 2006 году, поэтому дарение я оформить не смогла, только завещание (в 2019 году!). Затем в материалы гражданского дела по иску дочери дарителя-наследодателя к тёте-наследнице по завещанию и одаряемой, подарок во владение которой не поступал, поступила копия с копии завещания, но по тексту: завещается ½ земельного участка. Подлинники устали истребовать: нам их четвертый год не предоставляют, подменяя копией наследственного дела и реестром нотариальных действий нотариуса. Никаких экспертиз провести в деле по иску дочери наследодателя к тете-наследнице по завещанию не дали: немотивированный отказ: потому что. Кому принадлежит подпись? Изменялся ли текст и когда? – неизвестно. Неизвестно, но всё, по мнению всех инстанций, действительно и законно.

Письменно нотариус (третье лицо) на иск дочери к тете возразила, что из-за ареста (это тот самый арест от 2006 года из дела № 2-330/2023) рекомендовала составить завещание, вместо дарения (Правда с Истиной  были подменены мечтой Брата отдать своей одинокой, обеспеченной всем, старшей Сестре свое имущество (совместно нажитого недвижимого у Брата, конечно же, «ничего  нет» и выяснять тут нечего. Нет и всё. Бывшая супруга, также подавшая иск, производство по которому было приостановлено до рассмотрения иска дочери, хоть мы тщетно и просили объединения дел, не была привлечена к участию в деле по иску дочери к ее тете вообще: немотивированный отказ суда и — всё хорошо, вплоть до ВС РФ). Останется неизвестным, почему человек, желающий «возврата» документов на дом, завещал свое единственное имущество сестре, соединив, типа, спустя 15 лет землю и строения на ней не в свою пользу. Мотивация же неважна. Психически он здоров (возражения на судмедэкспертизу, сказали, оставьте при себе, в проведении повторной – отказ). Лжесвидетели подтвердили мечту Брата отдать все Сестре (СК не нашел в их действиях состава 307 УК РФ, до сих пор по замам все жалобы по 124 УПК РФ ходят. Но по 125-й я получила бы сразу то, что мне совсем не нужно!). Наших свидетелей прерывали, как и меня, пытающуюся задавать вопросы их свидетелям, мои вопросы снимались, с протоколом дали ознакомиться спустя несколько месяцев, канцелярии и секретарю общение со мной запретили с первых дней; часть наших свидетелей, явка которых была обеспечена, продержали в коридоре и отказали в вызове в заседание, сказав, хватит и тех, которых послушали. Чего только не было! я уже и забыла половину всех этих расчудесных чудес.

В общем, завещание действительно. По мнимости договора дарения: отказ. Нет оснований считать, что правовые последствия не наступили. «Люди там проживают? Какие люди? Нет никого!» И сначала начали в наглую доказывать, что вообще мои родственники там не проживают. В материалах гражд.дела — объяснения родственников, проживающих в адресе, при обнаружении трупа. Я ходатайствую о выездном заседании – отказ. Я написала в полицию заявление и просила установить факт проживания лиц в адресе. Установили. Зафиксировали. Суд акт УУПа и комиссии отклонил, но я его во все жалобы приложением засунула. Толку — ноль. Проиграв 2-25/2023 и получив иск о выселении, возразила, подала встречное, отклонили. Насыпала еще исков. Стали говорить: незаконно проживают с 2004 года. А теперь новая трансформация: не там проживают, что оспаривают, а в несуществующем доме по несуществующему адресу.

По моей неосмотрительности, в период рассмотрения спора по иску дочери к ее тете домовладение и доля земельного участка отчуждена подруге Сестры. Строения отчуждены, принадлежащие Рубан, расположенные на одной стороне земельного участка, прилегающие к соответствующей части дома, в которой живут и считают себя собственниками без документов мои родственники, а земельный участок — с противоположной стороны, как я понимаю, ведь участок под отчужденными строениями еще не был оформлен наследницей по завещанию (Сестрой), так как находился еще больше года под спором. Не был оформлен, но уже был «отчужден» (по моему мнению, подарена часть участка Сестры, а строения — Брата). Никто не отреагировал на мои доводы, мои заявления (до самого ВС РФ все гладко и законно, несмотря на его же верховную практику). Получается, идеальная ½ доля ЗУ без координат границ перешла в собственность подруге Сестры, когда право на часть ЗУ под спорными, но уже «подаренными» ей строениями, значилось в реестре прав за Рубан Ю.М. (Братом), а не за отчуждателем. Неизвестно какой частью участка могла бы владеть и пользоваться эта «подруга», если бы ни одна неприятность: там живут мои родственники, владеют и пользуются тем, чем и прежде, в течении 34 лет, а она (подруга Сестры) никогда не получала владения «подарком», даже не входила и не осматривала его, поскольку этим подарком не владела и сама Сестра, отчуждающая своей подруге то, чего у нее фактически нет даже в виде ключей. Но зато у нее есть документы, значит, есть и право отчуждать.

ЗУ вообще непонятно как при разделённом домовладении попал в общую (не долевую, на доли поделили договором в простой письменной форме в 2018 году, регистрируя в Росреестре) собственность Брата и Сестры с выдачей одного на двоих акта на землю с поддельной цифрой в адресе (и опять-таки всех поддельная цифра устраивает: регистрация прошла успешно, отчуждение – тоже, и завещание – прекрасно).  

У родителей Брата и Сестры, разделивших домовладение, земля была с определенным порядком пользования, в пользовании были конкретные площади ЗУ в связи с разделом домовладения.

Права на домовладение, части которого достались брату и сестре (сыну (Брату) досталась индивидуально-определенная, поименованная часть отца, выкупленная затем матерью у вдовы бывшего супруга, — часть, которая в браке с моей тетей этим «сыном» и была увеличена, а дочери (Сестре) – индивидуально-определенная, поименованная часть домовладения матери), подразумевали переход прав на ЗУ в связи с собственностью на здания в том же объеме, что и у правопредшественников. То есть, 252 кв.м. – одному. 362 кв.м. – второй.  

Но земля из муниципальной собственности в июле 2001 года перешла в собственность граждан, в период зарегистрированного брака Рубан (период зарегистрированного брака: 27.08.1999 – 19.03.2004), до вступления ЗК, с размерами, отличными от прежних  размеров (смертью прежних пользователей прекращено право пользования), да еще и в общую собственность Брата и Сестры (не долевую), имеющих разные документы на разные части разделенного домовладения и сложившийся порядок пользования, правда, без знаков на местности (без забора).

О признании имущества общесупружеским (коснулась на портале в публикации по отмене определения суда об оставлении иска без рассмотрения: https://pravorub.ru/cases/101668.html) начнем рассматривать 18 мая 2023 (дело № 2-219/2023). Оппоненты глумливо заявляют, что это будет последнее заседание, после которого мы наконец двинемся на выход (на выселение). Поживем-увидим. Хотелось бы «собственника» (подругу Сестры) из третьего лица (так суд определил) «превратить» в соответчика. Что посоветуете, уважаемые коллеги? Председательствующий по делу – «мой любимый». Отказ – во всем, хоть тресни. Правда, 15 февраля 2023 года вдруг удовлетворил моё ходатайство об истребовании двух экземпляров завещания (от нотариуса, хранящего экземпляр завещания в делах нотариуса, и от счастливого обладателя завещания), невзирая на то, что бывшая супруга не может оспаривать завещание, как известно. Но в материалы дела, традиционно, поступила копия наследственного дела с копией-перекопией с копии завещания. И смотрит судья, «удовлетворивший мое ходатайство», на меня круглыми глазами: «Что Вы от меня хотите, не пойму? Вот копия наследственного дела. Единственный наследник – Сестра! И хватит Вам уже! Нет никакого второго экземпляра!». Копию протокола и ознакомления с материалами жду с февраля до сих пор. Делают вид, что я не заметная или не существую. Все еще думают, надоест и уеду. Уверена, что в деле нет ни ходатайства, ни его удовлетворения, как обычно. Конечно, на диктофоне у меня есть запись того заседания и слова: «Ходатайство Ваше мы удовлетворим, истребуем все, что Вы хотите»… Ходатайство было письменным и подано через ГАС «Правосудие». Но у меня и в прошлом судебном процессе по иску дочери к ее тете (№ 2-25/2021) все было с зафиксированными доказательствами… Да только до самого ВС РФ вместе с ВС РФ никто ничего не заметил, в том числе ККС и СК.

Как считаете, уважаемые коллеги, если бы все было чисто и прозрачно, показали бы нам оба экземпляра завещания? Два человека видели иной текст у нотариуса, а из аргументов: «им показалось! нотариус уверяет, что иного текста не было, и не доверять словам нотариуса у суда оснований нет». Так покажите!!! Нет.

По смерти наследодателя:

Обнаружен Сестрой в утро Страстной Пятницы, 26.04.2019, головой вниз на лестничном марше входа в подвал собственного дома с телесными повреждениями. Сестра позвала бывшую супругу Брата. Та, естественно, стала кричать и требовать вызвать «скорую». Сестра не спешила, говоря, что «скорая» уже не нужна, спустя какое-то время вызвала. «Скорая» приехала, врач (или фельдшер?) даже не спустилась в подвал, постояли с Сестрой, покурили и вызвали полицию. Те в свою очередь прибыли, потоптались, сделали несколько фотографий, УУП взял объяснения у проживающих в домовладении. Про своего сожителя (который убежал до приезда полиции) Сестра попросила не говорить. БЖ и дочь (мои тетя и сестра) ничего не поняли, но пошли на поводу у нее и написали, что посторонних в домовладении не было. Сестра объяснила всем, что Брат злоупотреблял спиртным, на глазах моих родственниц положила эксперту денежку в карман, так как тот вскрывать труп не собирался до понедельника (напомню, была Страстная Пятница, канун Пасхи), приговаривая, что никто Братом интересоваться не будет, давайте побыстрее похороним. Мои, обе, оглушенные смертью отца и мужа, стояли рядом и хлопали ушами и глазами, и только потом, когда узнали 19 июля 2019 года от нотариуса о завещании, стали переоценивать события и обстановку. На тот момент предпасхальной пятницы, Сестрой за часочек было получено  медсвидетельство с диагнозом: Кардиомиопатия алкогольная, заказаны венки и «столовка». И Брат-наследодатель благополучно был похоронен следующим утром.

Когда в июле 2019 года я приехала и пошла от «одного» должностного и органа к «другому», спрятали всё! Эксперт трясся, разговаривая со мной, как будто ждал меня пять часов на морозе в «ветровке», СК ссылался на прокуратуру, прокурор ходил через черный ход, так как я сидела и ждала его. И так по нескольку дней в несколько подходов. В общем, ознакомилась я с материалом проверки по факту обнаружения трупа Рубан Ю.М. в декабре 2019, через суд. И началось. Рассказывать все это долго. Нарушений там много. Толку никакого. Моих ошибок – не меньше. Продолжается все до сих пор. Переобуваются налету, не исправляют, указанное мной, а подгоняют под нечто похожее, чтобы в очередной раз прислать: «к заявлению Полтавец в интересах Рубан следует относиться критически…». В «заключении эксперта» — отек мозга, отравление алкоголем — с фамилией неизвестного лица («ой, это же опечатка, понятно же!»). Заключение не заключение: не истребовалось следователем, без подписки (тут уже бы мог эксперт ответственности избежать, но все они пошли иным путем, сказав мне: «Ну, Вы же понимаете, что мы будем защищаться?!»). Эксгумацию провести не дали, думаю, и не дадут. Провели повторную экспертизу документов, насмешили. Полиграф – отдельное шоу. Телесные повреждения на трупе плавно перетекли в «ссадину лобной области, вероятно, полученную при падении». Чей труп описан – неизвестно, никаких примет и «опознавательных знаков»…

Конечно, каждый по своей причине выступает на стороне Сестры, у которой «какие-то там бывшая жена и удочеренная не дочь» (которая не знает, кстати сказать, что удочеренная) пытаются «отжать» (так и говорит) ее законное, выстраданное, любимым братом подаренное и завещанное имущество – родительский дом (приобретенный родителями накануне развода, когда Сестра училась и жила в Харькове, вернувшись в Судак, когда уже родители давно умерли, чтобы принять наследство после смерти бабушки).

Если СК признает, что их единственный на всю округу судмедэксперт-самсебеначальникфилиалабюро не провел вскрытие и экспертное исследование, встанет вопрос: а сколько он не провел таких исследований в теории? А так ли были проведены расследования смертей по таким-то и таким-то делам? И уверена, найдется, и не одно, из категории «не так».

Если выяснится, что есть два разных текста завещания, то встанет вопрос: откуда и каким образом появились два разных текста, удостоверенного одним и тем же нотариусом завещания от одной даты? А эти должности тут из поколения в поколение передаются. Забыла сказать, что Сестра, Подруга Сестры и нотариус — давние приятельницы. Как и многие в этом маленьком городе.

Ну, и — судья — венец творения)

Угрожая мне убийством, сожитель Сестры приговаривал, что уже пять миллионов на взятки ушло, что ему проще меня «тоже убить», и тетку мою «убить» (откуда деньги, Зин? У алкоголиков. Все просто: сожителем Сестры был продан «родительский дом» (его мать умерла вскоре после смерти нашего родственника), стоимость которого уходит в известном направлении).

В общем, все это долго, со скрипом, с ошибками, — пятый год…

Административным иском я стремилась к получению преюдиции по аресту, а также к тому, чтобы мне намотивировали, что арест 2006 года не являлся препятствием для оформления сделок (и это будет косвенно подтверждать, что нотариус – юрист по образованию — помогла обмануть нашего родственника), но боюсь теперь получить обратный эффект во всем, особенно по домовладению и адресу.

Коль меня повернули к гражданскому процессу и подводят к тому, что нужно формулировку из «признать незаконным» превратить в «признать недействительным», привести к ст. 12 ГК РФ. Что будет означать: не признав недействительными действия Росреестра, например, действия станут действительными и смогут составить преюдицию. Не говоря уже про несуществующий адрес и не инвентаризированное домовладение!  А связки сильны у судей со всеми инстанциями, до ВС РФ, когда им это нужно.

И без разбора, что конкретное решение не о том вовсе! Есть судакт и все. Значит, уже все всё решили. Только отписываюсь, объясняя, что совпадает везде только предмет спора и лишь иногда — обстоятельства.

В общем, из огня да в полымя или быть было ненастью, да дождь помешал.

Подробнее по бывшему 31.01.2023 административному иску, настоящему гражданскому – в приложении (почти в таких же длинных, как эти пояснения, документах)).