Опер Борисыч. Часть третья

Про опера Борисыча я уже рассказывал здесь и здесь. Вспомнилась еще одна история.

Субботний вечер, очередное сообщение об изнасиловании. Борисыч в тот день не дежурил, но  услышав просьбу о помощи, бросил шашлыки, коллег и помчался на выручку. 

Дежурный опер, узнав с облегчением, что на помощь приехал коллега, уехал в деревню разбираться с заявлением о какой-то краже.

Поскольку все было рядом, на место происшествия пошли пешком, прихватив по дороге совсем молоденького участкового — свежего выпускника школы милиции.

По дороге Борисыч отстал, чтобы прикурить очередную сигарету. Через некоторое время, пока следователь и участковый, шагая в ногу, знакомились, вдруг стало понятно, что Борисыч куда-то пропал. Не стану скрывать, участковый и следователь дальше идти побоялись. Два молодых пацана, хоть и были должностными лицами, не решились идти брать предполагаемого преступника. Поэтому пошли искать Борисыча...

Поиски заняли пять минут. Матерящегося Борисыча извлекли из колодца канализации, куда он провалился без всякого звука, причем как-то умудрился не выронить изо рта сигарету. К счастью, от падения у него ничего не развинтилось, поэтому через пару минут удалось продолжить путь.

Долго ли, коротко ли, добрались до нужного адреса. Велев всем оставаться на месте и караулить окно, Борисыч зашел в подъезд. Через пять минут тишины изумленные участковый и следователь увидели, как с громким треском выпала прогнившая оконная рама на первом этаже, вместе с которой в кусты свалился и Борисыч. 

— Щас ты у меня получишь! — яростно возопил Борисыч и снова рванул в подъезд. 

Растерянный участковый не знал, за что хвататься, за кобуру или фуражку. Следователю было проще, у него не было ни того, ни другого, поэтому он просто схватился за следственный чемодан.

Через минуту Борисыч опять вылетел в окно. 

— Ааааа!!! —  Борисыч снова пропал в подъезде.

Еще через минуту в окно вылетело очередное тело, на этот раз незнакомое. К этому времени участковый наконец-то вспомнил, чему его учили в школе милиции, и быстро оседлал мужчину.

— Взяли? — из окна показалось вспотевшее лицо Борисыча. 

— Все, сдаюсь, — послышался голос откуда-то из кустов крыжовника. 

Когда Борисыч вышел, наконец, на улицу, участковый поинтересовался у него, не хочет ли он для ничьей еще раз выкинуть задержанного из окна. Однако, наткнувшись на свирепый взгляд, тему развивать не стал. 

Пока следователь проводил осмотр места происшествия, задержанного увели в УВД. Весь в царапинах от шипов крыжовника, задержанный чем-то напоминал киношного Рэмбо. Узнав, в чем дело, он угрюмо дожидался, пока с ним начнут работу. 

Для агрессора история закончилась вполне благополучно — по сообщению об изнасиловании в возбуждении дела было отказано. Зато был недоволен Борисыч — он стал потерпевшим в деле о применении насилия в отношении представителя власти. Голосом Жеглова он так и сказал: «Бандиты будут думать, что они «муровца» могут напугать!»

Ночные его полеты еще долго, по поводу и без, были темой почти каждого разговора. Сначала Борисыч злился, потом смирился, а дальше уже и сам не упускал случая позубоскалить над собой.