Биодроны: Дети в обороте цифрового мошенничества. Как мошенники дистанционно используют людей для финансовых преступлений

В российском медиапространстве все чаще мелькает тревожный неологизм  — «биодроны». Это явление, о котором пишут «Известия», РИА Новости и другие СМИ, представляет собой новую угрозу в цифровой экономике (и не только). Если изначально термин ассоциировался с поджогами и диверсиями, то сегодня финансовая система столкнулась с более изощренной формой этого явления.

Современная финансовая экосистема, характеризующаяся тотальной цифровизацией, породила не только беспрецедентные удобства, но и новые формы киберпреступности. Традиционные схемы мошенничества уступают место сложным многоуровневым моделям, где ключевым звеном становится человеческий фактор. Именно в этом контексте возникает феномен «биодронов», тех самых  физических лиц, дистанционно и зачастую неосознанно используемых в качестве живых инструментов для хищения, переводов, обналичивания и/или легализации похищенных средств.

Эволюция термина: от «мулов» к «биодронам». Термин «биодрон», образованный от слов «bio» (жизнь) и «дрон» (управляемый аппарат), точно отражает суть явления. В отличие от «денежного мула», который может осознавать свою роль, «биодрон» действует в состоянии когнитивного диссонанса, будучи абсолютно убежденным в законности своих действий. Это следующая стадия эксплуатации человека в киберпреступности, характеризующаяся тотальным дистанционным контролем через манипуляцию сознанием.

Дети как идеальная мишень. Особую остроту проблеме придает тот факт, что наиболее уязвимой мишенью стали дети и подростки. По данным Генпрокуратуры и МВД России, в 2022-2023 годах отмечается значительный рост эпизодов, где несовершеннолетние фигурируют по статьям о мошенничестве (ст. 159 УК РФ) и незаконном обороте платежных средств (ст. 187 УК РФ).

Крупнейшие российские банки в своих отчетах по кибербезопасности фиксируют увеличение числа транзакций со счетов несовершеннолетних с характерными паттернами: множественные быстрые переводы на счета физических лиц с последующим мгновенным обналичиванием. Аналитические центры Group-IB и RTM Group указывают, что до 30% всех объявлений о «быстром заработке» в социальных сетях и на подростковых форумах являются каналами для вербовки «биодронов».

Психологические механизмы манипуляции. Успех вербовочных (приемов) кампаний основан на глубоком понимании психологии подростков. Психографический портрет типичной жертвы включает: высокую доверчивость, не до конца сформированное критическое мышление, погруженность в цифровую среду, тягу к легкому заработку и одобрению в социальных группах.

Мошенники искусственно геймифицируют процессы, создавая подобие квестов или компьютерных игр: «выполни задание», «перейди на следующий уровень», «собери бонус». Это эффективно снимает психологические барьеры перед совершением подозрительных действий. Подросток часто искренне не понимает, что его действия являются преступлением, считая, что просто «помогает» или «подрабатывает».

Экономическая целесообразность детской эксплуатации. Для организованных преступных групп использование детей экономически обосновано. Во-первых, счета детей и подростков не вызывают подозрений у систем фрод-мониторинга, у них нет кредитной истории, подозрительных транзакций, они не находятся в «черных списках» банков. Во-вторых, мошенники рассчитывают на мнимый правовой иммунитет несовершеннолетних, особенно малолетних до 16 лет. В-третьих, вербовка одного подростка требует минимальных усилий по сравнению со взрослыми, одно массовое сообщение в школьном чате может принести десятки откликов.

Технология вербовки: от контакта до «утилизации». Процесс вовлечения представляет собой отработанную многоэтапную технологию. Вербовка происходит в цифровой среде обитания молодежи: социальные сети VK, TikTok, мессенджер Telegram, игровые платформы Roblox и Minecraft, а также школьные и районные чаты. Например на первом этапе мошенники устанавливают контакт через заманчивое предложение («Хочешь заработать 500 рублей за 5 минут?»).

Затем следует этап легитимизации, снятие подозрений с помощью фальшивых документов, сайтов и профессионального жаргона. Ключевым элементом является первое задание с немедленной маленькой оплатой, подтверждающее «честность» мошенника. Следующий этап, это  эскалация вовлеченности через технику «нога в дверях». После первого успеха предлагается более серьезное задание с повышенным вознаграждением. Параллельно происходит изоляция жертвы, под предлогом «коммерческой тайны» подростка убеждают скрывать деятельность от родителей. Финальная стадия, функционирование и «утилизация»: когда счет блокируется или схема раскрывается, мошенник разрывает связь.

Типология преступных схем. Анализ конкретных кейсов позволяет выделить четыре основные схемы эксплуатации: Схема «Дрон-обналичиватель» использует подростка как живой «банковский терминал». На его счет поступают украденные средства, которые он по инструкции обналичивает или переводит, веря, что «тестирует платежную систему» или работает «оператором». Схема «Дрон-получатель» превращает подростка в логистическое звено.

На его адрес приходят посылки с товарами, купленными на ворованные деньги, для последующей передачи курьеру. При этом личные данные ребенка фигурируют в заказе, что делает его главным подозреваемым при расследовании. Схема «Дрон-коммуникатор» эксплуатирует социальный капитал подростка. Его просят стать «рефералом» и вербовать одноклассников, размещая в чатах скриншоты «доходов».

Это не только масштабирует преступную деятельность, но и разрушает социальные связи подростка при раскрытии схемы. Схема «Игровая ловушка», специализированный метод, целиком построенный на интеграции в игровую среду. Через легенды о «бонусах», «баг-трекинге» или «удвоении валюты» у ребенка выманивают реальные деньги или игровые ценности.

Противостояние, как многоуровневая система защиты. Эффективное противодействие требует консолидированной стратегии на нескольких уровнях. Считаю, что образовательный блок должен быть направлен на формирование «цифрового иммунитета». Необходимо введение в школьную программу предмета «Цифровая гигиена и финансовая грамотность» с практико-ориентированными занятиями, интерактивными симуляторами и разбором реальных кейсов.

Особое внимание следует уделять практикумам по социальной инженерии и правовому ликбезу (да чего там, и пенсионерам бывшим чиновникам, с наличными в несколько десятков миллионов, примкнуть бы следовало). Техническая защита со стороны финансовых организаций должна включать внедрение поведенческого фрод-мониторинга с элементами искусственного интеллекта, анализирующего не только сумму перевода, но и возраст клиента, поведенческие паттерны.

Обязательные уведомления родителей о подозрительных операциях по детским счетам должны стать отраслевым стандартом. Семейный блок предполагает создание культуры доверия вместо тотального контроля. Ключевая задача, выстроить такие отношения, при которых ребенок не боится рассказать о подозрительном предложении. Заключение «семейного цифрового договора» с четкими правилами финансовой безопасности доказало свою эффективность.

Из практики. Когда, позвонили (прости господи), программисту 22 лет отроду, представились из ужасного и страшного органа, и сказали, возьми телефон родителя и скрины банковских приложений срочно присылай. И отправляй с родительского счета несколько (сколько есть), сотен тысяч себе на счет, дабы защитить родителя от страшного обвинения, а потом уже со своего счета, на указанный счет «доброго» мошенника. Ну а потом, уже, следствие, отправляет сведения в ЦБ, и программист (дитя родителя) становиться подельником мошенника, и блокируются его счет, во всех банках и навечно. Трагедия? Возможно.

Правовые аспекты и последствия. Организаторы преступных схем несут ответственность по совокупности статей УК РФ: мошенничество (ст. 159 УК РФ), вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления (ст. 150 УК РФ), а в отдельных случаях, легализация денежных средств (ст. 174 УК РФ).

Правовой статус несовершеннолетнего «биодрона» зависит от доказуемости умысла. Если умысел доказан, подросток с 14 лет может быть привлечен как соисполнитель за тяжкие преступления. Если умысел не доказан, он формально не является субъектом преступления. Однако даже в этом случае на родителей ложится гражданско-правовая ответственность по возмещению ущерба (ст. 1073 ГК РФ, ст. 1074 ГК РФ).

Алгоритм действий при выявлении факта вовлечения. При обнаружении факта вовлечения ребенка в преступную схему критически важно сохранять спокойствие и поддержать подростка, поскольку он является жертвой манипуляции. Необходимо немедленно заблокировать карту через банк, сохранить все цифровые доказательства (переписки, историю операций, скриншоты), обратиться за помощью к адвокату, специализирующемуся на киберпреступлениях.

Подача заявления в правоохранительные органы с четкой позицией о том, что ребенок был введен в заблуждение, является необходимым шагом для его защиты и возмещения ущерба.

 Справка из органов о возбуждении уголовного дела, не будет ключевым документом для банка при решении вопроса о разблокировке счета, тут много нюансов, нужно разбирать каждую ситуацию отдельно. Моя рекомендация, не спешите в банк с подобными сведениями.

Феномен «биодронов» представляет собой системный вызов цифровой эпохи, где человеческая психология становится главным объектом криминальной атаки. Успешное противодействие этому явлению требует синергии просвещения, технологий и доверительных отношений в семье. Только комплексный подход позволит вырастить поколение, обладающее не только цифровыми навыками, но и устойчивостью к манипуляции.

Подготовьте себя, и своих близких, исключите биодрона в себе и своем окружении!

С уважением, Дмитрий Хохлов – ваш адвокат, г. Москва. Реестровый № 77/686 Адвокатская палата города Москвы. Телефон для связи: +79262164959